www.tarasei.narod.ru (c) 2002

главная  | правовая библиотека | статьи | дипломные | рефераты | написать@нам

<НАЗАД - < К ОГЛАВЛЕНИЮ> - ВПЕРЕД>

 Глава 2. Институт юридического лица, понятие и существенные признаки

Участники гражданских правоотношений именуются их субъектами. Как и любое общественное отношение, гражданское правоотношение устанавливается между людьми, как существами, наделенными сознанием и волей. Поэтому в качестве субъектов гражданских правоотношений выступает либо отдельные индивиды, либо определенные коллективы людей. Отдельные индивиды именуются в гражданском законодательстве гражданами. С этим правовым институтом, как правило, серьезных проблем не возникает. Как отмечается в литературе, уже древние римляне имели хорошо развитую систему представлений о юридической личности применительно к отдельному человеку.[1]

 Что касается коллективных образований, то, хотя сама возможность и даже необходимость их участия в гражданском обороте практически не подвергается сомнениям, в юридической науке периодически возникают дискуссии на предмет теоретического осмысления данного правового института, тем более что почва для этого, как будет показано в настоящей работе, имеется.

 Признание статуса субъектов юридических отношений только за отдельными людьми могло бы отразиться невыгодного на интересах общества и составляющих его единиц.

Видный теоретик русского гражданского права Габриэль Феликсович Шершеневич так комментирует эту посылку. “Возьмем случай, когда наследодатель в завещании определит известный капитал на учреждение богодельни. Если бы субъектами права могли быть только люди, то завещатель должен был бы поручить этот капитал какому-либо физическому лицу, которое бы создало завещанное учреждение и от своего имени вело бы его, вступало бы во все необходимые сделки, а при смерти завещало бы капитал снова другому лицу, которое бы продолжало это дело от своего имени. Но при таких условиях нет особенной гарантии, что завещанный капитал действительно получит данное ему назначение в лице первого или последующих распорядителей, что имущество это, слившись с прочим имуществом того или другого распорядителя, не подвергнется взысканию по частным его долгам. Все эти неудобства могли бы быть устранены, если бы завещанное имущество было приурочено к особому субъекту, от имени которого совершались бы все необходимые сделки. Если возьмем случай акционерного соединения. Множество лиц складывают небольшие взносы в значительный капитал с целью совместного достижения общей экономической цели. Чтобы достигнуть назначенной цели, акционеры должны были бы вручить капитал одному или нескольким лицам, которые от своего имени совершали бы все необходимые сделки. Капитал акционеров слился бы с частным имуществом управителей и мог бы подвергнуться взысканию со стороны их частных кредиторов. Кто при такой опасности решился бы сделать взнос? ” [2]

 Действительно ситуация складывается более чем неблагоприятная. И выход из нее может быть найден только если отойти от постулата неразрывного сочетания конкретной правопособности с человеком, личностью. Тогда появляется возможность создания нового субъекта права в виде особой юридической конструкции. Ранее всего, такой прием был ипользован в публичном праве. Государство, ведь тоже ни что иное как юридическая конструкция, однако, это не мешает ему быть одним из основных субъектов ряда отраслей права. В гражданском праве благодаря специфике отрасли, ввиду того, что имущество есть совокупность юридических отношений, объединяемых именем субъекта- обладателя данного имущества вместо реально существующего физического лица можно создать некий искусственный субъект с именем которого будет связываться права и обязанности по поводу конкретного имущества правовое положение которого, с точки зрения гражданского права, гораздо важнее судьбы того, кто им обладает. Сам термин, обозначающий такого субъекта- “юридическое лицо”- подчеркивает особый характер данного образования, так как речь идет о субъекте права, не имеющего реального “физического” воплощения. Однако, его создание не только позволяет сохранить стройность юридических понятий, но и облегчить достижение тех общественных потребностей ради которых это имущество обособляется.[3]

 Теперь, когда достаточно четко обозначена важность обсуждаемой проблемы, можно непосредственно перейти к самому понятию.

 В юридической литературе нет единого мнения по поводу того, где искать истоки понятия юридичского лица многие ученые относят создание понятия юридического лица к числу важнейших заслуг римского частного права.[4]

 Отмечая незначительный удельный вес таких субъектов в гражданском обороте Рима и отсутствие самого термина “юридическое лицо”, такие ученые тем не менее делают вывод о том, что “основная мысль о юридическом лице как приеме юридической техники для введения в оборот имущественной массы, так или иначе обособленной от имущества физических лиц, была выражена римским правом отчетливо”.[5]

 Авторы отмечают. Что издревле в имущественных отношениях участвовали наряду с физическими лицами и некоторые объединения, определенным образом организованные и располагавшие известными имущественными средствами. Еще в древние времена существовали в Риме частные корпорации: союзы с религиозными целями (sodalitates, collegia sodalicia), профессиональные союзы ремесленников (fabrorum, pistorum). Много новых корпораций появляется в период республики, среди которых необходимо особо отметить collegia publicanorum- объединение предпринимателей, бравшие на откуп государственные доходы, управлявшие на основе договоров государственными имениями и обладавшие значительным имуществом. Однако это рассматривалось древним правом либо как имущество, принадлежавшее каждому из его участников в определенной доле, либо, как имущество, принадлежащее одному из участников- казначею- ведущему дела корпорации и ответственному перед его членами. Поэтому, применительно к данным объединениям можно говорить о наличии в той или иной степени организованности, осуществлявшейся с определенной целью- объединение имущества, но главный, квалифицирующий субъекта права признак- выступление вовне от своего имени здесь отсутствует, поэтому вряд ли можно говорить о попытке ввести в систему правоотношений новый тип субъекта. И все же появление таких образований свидетельствует об ограниченности субъективного состава частноправовых отношений.

 А вот правовое положение муниципий - городских общин, которым римское государство, включая их в свой состав и наделяя их жителей римским гражданством, предоставило самоуправление и хозяйственную самостоятельность, является более отчетливым выражением идеи юридического лица. Претор признал за муниципиями право выступать в суде от своего имени через назначаемых муниципальным советом представителей. Тем самым муниципия была признана в принципе таким же субъектом имущественных прав, как и privatаe personae. Таким образом, идея юридического лица получила признание в процессуальном праве. В материальном же праве, при заключении сделок, вопрос об их юридических последствиях еще долго оставался неясным. Как раз из-за неопределенности правового статуса нового субъекта.

 Основываясь на вышеизложенном можно констатировать, что институт юридического лица не нашел своего оформления в римском праве. Тем не менее, положительным итогом всего хода развития римских корпораций явилось следующее.

 Римские юристы признали, что:

1)                     Корпорация может рассматривать в сфере частного права так же, как рассматривается физическое лицо;

2)                     Юридическое существование корпорации не прекращается и не нарушается с выходом отдельных членов из состава объединения.

3)                     Имущество корпорации обособлено от имущества ее членов, притом, это не совместно всем членам корпорации, как целого, как особого субъекта прав (“если что- либо должны корпорации, то мы не должны ее отдельным членам того, что должна корпорация, не должны ее отдельные члены ” Дигесты, книга 3, титул 4, фрагмент7, параграф 1);

4)                     Корпорация вступает в правовые отношения с другими лицами при посредстве физических лиц, уполномоченных на то в установленном порядке.

 Обозначив, таким образом, ряд принципиальных идей, римские юристы не сделали тех выводов из них, которые могли бы лечь в основу развития нового института частного права- института юридического лица. И тому были объективные причины. Во-первых, в экономической жизни Рима, даже в период наибольшего расцвета римского хозяйства, во времена наиболее оживленной международной торговли корпорации как самостоятельные хозяйствующие субъекты значительной роли не играли, поэтому не было большой потребности в юридическом оформлении этого экономического института. Во-вторых, отсутствие в римском праве института прямого представительства препятствовали пониманию механизма участия юридических лиц в гражданском обороте при посредстве физических лиц. Идея главенствующей роли воли в частноправовых отношениях была в римском праве неоспоримым постулатом. Перефразируя Дювернуа, эту причину не разработанности в римском праве института юридического лица можно сформулировать так: связав раз, понятие лица с реквизитами разумности и воле способности субъекта, римские юристы закрыли себе путь к объяснению всего ряда явлений гражданской правоспособности, идущей за пределы правоспособности отдельного человека.[6]

 Таким образом, из всего вышеизложенного можно сделать следующий вывод, что хотя понятие юридического лица в римском праве не получило полной и детальной разработки, “идея юридического лица в римском праве была выдвинута и разрешена”.[7]

 С такой позицией не согласны другие российские ученые, которые считают что, “начало истории понятия юридического лица следует отнести к раннему средневековью”.[8] Они утверждают, что идея корпорации как особого, отличного от отдельного человека субъекта права, выдвинутая римской правовой мыслью, принадлежит не частному, а публичному праву и поэтому истоки понятия юридического лица как института частного права следует искать не в римском праве, а несколько позднее. Их точка базируется на следующем.

 В то время как весь строй римского цивильного быта существеннейшим образом определяется началом личности и в то же время особенности правоотношений каждого гражданина, картины средневекового быта имеют совершенно противоположные черты. Здесь не отдельный человек является правоспособным, а союз (корпорация). Во всем этом быте прослеживается черта обезличенности, где известный и постоянный характер правоотношений определяется принадлежностью человека к союзу (корпорации) и принадлежность эта передается из поколения в поколение. В этих условиях задачи юриспруденции и законодательства заключаются в том, чтобы определить скорее права корпораций и отношение к ним прав отдельных, входящих в них лиц, чем права отдельных лиц как самостоятельных единиц в общежитии. Средневековые глоссаторы разрабатывали понятие корпорации как союза, признанного государством в качестве субъекта права, а их преемники, канонисты, различали в связи с этим понятие “лицо” и “человек” и начинали рассуждать о природе этого лица. Но, как отмечается в литературе, даже в средние века «представление о юридических лицах все еще испытывали сильное влияние догматов римского права».[9] Глоссаторы и постглоссаторы, ограничиваясь комментированием античных текстов, пытались приспособить их к потребностям развивающегося хозяйства. Эта тенденция прослеживается и в одном из первых определений понятия юридического лица, данном папой Иннокентием IV в 1245 г. Он писал, что юридическое лицо существует лишь в понятии, оно не одарено телом, а значит, не обладает волей.

 Настоящее же развитие конструкция юридического лица получила в новое время, когда появляются крупные торговые предприятия, в которых вырабатывается техника коллективного ведения крупных дел. Здесь уже сама жизнь подсказывает необходимость детальной разработки статуса этих объединений и регламентации их правового положения.

 Что же такое юридическое лицо, и каково его значение как субъекта экономического и гражданского оборота? Интересный ответ на первую часть вопроса находим у Г.Ф. Шершеневича:… “под именем юридического лица понимается все то, что, не будучи физическим лицом, признается со стороны закона способным в виду определенной цели, быть субъектом права”. [10] Из этого определения автор делает два принципиальных вывода, в которых можно обнаружить ряд признаков юридического лица. Во- первых, являясь самостоятельным субъектом, юридическое лицо существует независимо от других субъектов, в том числе от тех которые образовали юридическое лицо и входят в его состав. Поэтому такое юридическое лицо может вступать с ними в сделки на правах равного партнера. Во-вторых, так как юридическое лицо- субъект, лишенный личностного начала, ему должны быть чужды права связанные с физической природой человека. Так, юридическое лицо не может вступать в брачные отношения, вряд ли можно говорить о чести, достоинстве юридического лица, не входит юридическое лицо и в круг наследников по закону.

 Термин “юридическое лицо” был впервые использован в гражданском праве. Развитие института юридического лица было тесно связано с бурным ростом капиталистической экономики, требовавшей капиталов.

 Институт юридического лица стал правовой формой такой концентрации. Детальное теоретическое осмысление феномена юридического лица осуществлялось в Германии в рамках работы над германским гражданским уложением. Старое, феодальное германское право не пошло в этом вопросе дальше признания понятия физического лица, и по признанию самих разработчиков уложения формула, объявляющая, что имущество организованного социального союза есть личная собственность нового идеального субъекта, и на этом основании вводящая также социальное, общественное имущество в круг гражданского права и резко отделяющая его от имущества отдельных членов союза - формула юридического лица, найдена в области римского права и принята нами на почве рецепции римского права.[11]

 Удачность разработки института юридического лица в германском праве во многом объясняется тем, что идеи римских цивилистов легли на благоприятную почву в виде интенсивно развивающихся экономических отношений. Бурная индустриализация страны, резкая активизация различного рода социальных групп хозяйственных и нехозяйственных объединений объективно требовали максимально четкого юридического оформления организации как самостоятельного субъекта права. И германское гражданское уложение, принятое в 1896 году уделило статусу юридических лиц значительное внимание. В самом Уложении юридическим лицам посвящено около 70 параграфов. Кроме того, в Германии как и во многих других странах нормы, регламентирующие правовое положение отдельных видов юридических лиц, собраны в так называемом специальном законодательстве.

 Бурное развитие экономики середины – конца XIXв. дало мощный импульс развитию учения о юридических лицах.

Появились оригинальные исследования проблем юридических лиц таких авторов, как Савиньи, Иеринг, Гирке, Дернбург, Саллель и других, преимущественно немецких и французских цивилистов, которые заложили основы современного понимания этого института.

 В XIX в. значение института юридического лица еще более возрастает вследствие усложнения инфраструктуры и интернационализации предпринимательской деятельности, расширения государственного вмешательства в экономику, появления новых информационных технологий. Соответственно этому резко увеличивается обьем законодательства о юридических лицах и отчасти повышается его качество . Наука гражданского права относит к числу центральных проблемы теории юридического лица, совершенствования и практического применения этого института .

 Какие же цели преследует законодательное регулирование статуса юридических лиц сегодня ? Ответ на этот вопрос ясен из анализа тех функций, которые выполняет институт юридического лица:

1)                       1) Оформление коллективных интересов . Специфика имущественных отношений, регулируемых гражданским правом состоит в том, что каждый субъект этих отношений действует исходя из своей собственной выгоды и в своем интересе. Однако в ряде случаев достичь максимальной выгоды можно лишь объединив свои усилия и средства с другими субъектами таких же отношений. Чтобы при этом не получилась ситуация, описанная в известной басне И.А. Крылова воля всех участников такого объединения должна стать одной волей или волей одного. Однако во втором случае будет нарушаться баланс интересов членов объединения остается первое.

 Таким образом, институт юридического лица определенным образом организует, упорядочивает внутренние отношения между участниками юридического лица, преобразуя их волю в волю организации в целом, позволяя ей выступать в гражданском обороте от собственного имени.

 2) Объединение капиталов. Для достижения крупной коммерческой цели необходимо включить в дело крупный капитал. В этом плане юридическое лицо в особенности такая его разновидность, как акционерное общество, является оптимальной формой долговременной централизации капиталов, без чего немыслима крупномасштабная предпринимательская деятельность.

2)                           3) Ограничение предпринимательского риска. Конструкция юридического лица позволяет ограничить имущественный риск участника суммой вклада в капитал конкретного предприятия.

 4) Управление капиталом. Институт юридического лица создает основания для более гибкого использования капитала, принадлежащего одному лицу (в том числе - государству), в различных сферах предпринимательской деятельности. Отлаженное законодательство о юридических лицах (прежде всего акционерное законодательство), ценных бумаг и биржах служит одним из средств управления капиталами в масштабах всей страны и поэтому является мощным фактором саморегулирования, самоорганизации рыночной экономики, способствует интернационализации хозяйственной жизни.

 Понятие юридического лица. Юридическое лицо – это субъект права, искусственно созданный для определенных целей по правилам, установленным законом, и в соответствии с законом признаваемый таковым государственной властью и всеми участниками гражданских правоотношений. Юридическое лицо считается созданным с момента его государственной регистрации. Действующее законодательство не дает определения юридического лица, но раскрывает его основные признаки. Согласно ст.48 ГК РФ.

1.                      Юридическим лицом признается организация, которая имеет в собственности, хозяйственном ведении или оперативном управлении обособленное имущество и отвечает по своим обязательствам этим имуществом, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Юридические лица должны иметь самостоятельный баланс или смету.

2.      В связи с участием в образовании имущества юридического лица его учредители (участники) могут иметь обязательственные права в отношении этого юридического лица либо вещные права на его имущество.

 К юридическим лицам, в отношении которых их участники имеют обязательственные права, относятся хозяйственные товарищества и общества, производственные и потребительские кооперативы. К юридическим лицам, на имущество которых их учредители имеют право собственности или иное вещное право, относятся государственные и муниципальные унитарные предприятия, в том числе дочерние предприятия, а также финансируемые собственником учреждения.

3.      К юридическим лицам, в отношении которых их учредители (участники) не имеют имущественных прав, относятся общественные и религиозные организации (объединения), благотворительные и иные фонды, объединения юридических лиц (ассоциации и союзы).

 Сущность ряда социальных явлений можно определить лишь путем выявления и характеристики их признаков. Таков феномен государства, таков феномен и юридического лица.

 Признаки юридического лица. Признаки юридического лица –это такие внутренне присущие ему свойства, каждое из которых необходимо, а все вместе –достаточны для того, чтобы организация мола признаваться субъектом гражданского права. В этом контексте слово “признаки” употребляется в более узком смысле, чем обычно, и это соответствует правовой традиции.

 Все юридические лица в России проходят государственную регистрацию, подавляющее их большинство имеет печати и открывает счета в банках, однако все эти внешние атрибуты не отражают сущности юридического лица. В самом деле, обязательной государственной регистрации подлежат и граждане-предприниматели, и некоторые неправосубъектные организации (т.е. не имеющие статуса юридического лица), например филиалы и представительства иностранных компаний. Они также могут иметь свои печати и банковские счета, но юридическими лицами от этого не становятся.

 Правовая доктрина традиционно выделяет четыре основополагающих признака, каждый из которых необходим, а все в совокупности – достаточны, чтобы организация могла быть признана субъектом гражданского права, т.е. юридическим лицом.

§ 1. Признак имущественной самостоятельности.

 Если организационное единство необходимо для объединения множества лиц в одно коллективное образование, то обособленное имущество создает материальную базу деятельности такого образования. Любая практическая деятельность немыслима без соответствующих инструментов: предметов техники, знаний, наконец, просто денежных средств.

Объединение этих инструментов в один имущественный комплекс, принадлежащий данной организации, и отграничение его от имуществ, принадлежащих другим лицам, и называется имущественной обособленностью юридического лица.

 Неудачная дефиниция юридического лица в п.1 ст. 48 ГК порождает различные толкования понятия имущественной обособленности.

 Так, под имуществом можно понимать только вещи, а значит, отсутствие вещей в собственности, оперативном управлении или хозяйственном ведении организации препятствует признанию ее юридическим лицом. С другой стороны, в понятие имущества наряду с вещами можно включить и обязательственные права. Ведь могут существовать и такие юридические лица, все имущество которых исчерпывается средствами на банковском счете и арендуемым помещением. Обе эти позиции объединяет то, что наличие имущества (понимаемого более или менее широко) рассматривается как необходимый атрибут юридического лица.

Но признаком юридического лица является, скорее, не наличие обособленного имущества, а такой принцип функционирования организации, как имущественная обособленность, а это не одно и тоже.

 Юридическое лицо в течение какого-то периода времени может вообще не обладать никаким имуществом, как бы широко мы его не трактовали. Так, большинство некоммерческих организаций на другой день после создания не имеют ни вещей, ни прав требования, ни тем более обязательств. Вся имущественная обособленность таких юридических лиц заключается лишь в их способности в принципе обладать обособленным имуществом, т.е. в их способности быть единственным носителем самостоятельного единого нерасчлененного имущественного права того или иного вида.

 Таким образом, имущество может принадлежать юридическим лицам либо на праве собственности. Либо ином вещном праве, а именно праве хозяйственного ведения или оперативного управления. По свидетельству заместителя председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации к. ю. н. В.В. Витрянского такая ситуация исключает возможность существования юридических лиц, обладающих имуществом исключительно на обязательственном праве. [12]

 Такое утверждение нельзя не признать справедливым, ведь смысл уставного капитала хозяйственного общества, являющегося минимальным размером имущества общества, заключается в соответствии с п. 1 ст. 90 ГК РФ и п. 1 ст. 99 ГК РФ, в том, что гарантирует интересы кредиторов такого общества. Имущество, принадлежащее должнику, на обязательственном праве вряд ли может служить такой гарантией, т.к. его ликвидность весьма невелика.

 С таким выводом не согласны ряд ученых – О. Н. Садиков, В. А. Рахминович. Они утверждают, что не смотря на то, что в ст. 48 ГК РФ в качестве единственно возможных форм обособления имущества юридического лица, названы вещные права, имущество юридического лица, в особенности коммерческие организации далеко не исчерпывается вещными объектами, принадлежащими ему на одном из перечисленных вещных прав… Вещные права не должны рассматриваться как безусловно необходимые и исключительные юридические формы имущественного обособления юридического лица. Это обособление может быть обеспечено посредством других правовых форм (институтов). Поэтому отсутствие у организации имущества на праве собственности, хозяйственного ведения или оперативного управления не может вопреки буквальному толкованию п. 1 ст. 48 ГК РФ, служить основанием для отказа в признании организации юридическим лицом.[13]

 Такая позиция представляется мне спорной. К вышеуказанному аргументу о ликвидности обязательственных прав, которые должны по идее гарантировать удовлетворение имущественных требований кредиторов, можно добавить следующее. Принадлежность лицу имущества на обязательственном праве должна быть оформлена соответствующим договором. Следовательно, типичной в таком случае будет ситуация, когда кредитор, сталкиваясь с контрагентом чтобы определить его возможности, его полномочия в отношении собственного имущества, должен знакомиться со специальным договором, которым оформляется принадлежность имущества данному юридическому лицу – контрагенту. На мой взгляд, прав В. В. Витрянский, пояснивший в своей лекции, прочитанной в Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации в декабре 1994 года по случаю опубликования первой части гражданского кодекса, что разработчики кодекса исходили из того, что субъект имущественного оборота должен обладать статусом, известным всем кредиторам. А такой статус может быть определен только законом. [14]

 Свое конкретное выражение имущественная обособленность находит в том, что юридическое лицо в зависимости от его вида должно иметь либо самостоятельный баланс (коммерческая организация), либо смету (некоммерческая организация).

 § 2. Признак организационного единства.

 Организационное единство юридического лица проявляется, прежде всего, в определенной иерархии, соподчиненности органов управления (единоличных или коллегиальных), составляющих его структуру, и в четкой регламентации отношений между его участниками. Благодаря этому становится возможным превратить желания множества участников в единую волю юридического лица в целом, а также непротиворечиво выразить эту волю вовне.

 “Вместо естественного объединения интересов физического лица единством его мышления и воли (в юридическом лице) мы имеем искусственное соединение, в котором растворяется часть интересов отдельных лиц, претворяясь затем в высшем единстве – общности интересов”.

 Таким образом, множество лиц, объединенных в организацию, выступает в гражданском обороте как одно лицо, один субъект права.

Организационное единство юридического лица закрепляется на основании устава, либо учредительного договора и устава, либо только учредительного договора. В случаях, предусмотренных законом, юридическое лицо не являющееся коммерческой организацией, может действовать на основании общего положения об организациях данного вида и нормативными актами, регулирующими правовое положение того или иного вида юридических лиц.

 § 3 Правоспособность, дееспособность юридического лица.

 В науке гражданского права принято различать общую (универсальную) и специальную правоспособность. Общая правоспособность означает возможность для субъекта права иметь любые гражданские права и обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности. Именно такой правоспособностью обладают граждане. Специальная правоспособность предполагает наличие у юридического лица лишь таких прав и обязанностей, которые соответствуют целям его деятельности и прямо зафиксированы в его учредительных документах.

 До недавнего времени юридические лица в России могли обладать лишь специальной правоспособностью, что, несомненно, сдерживало развитие рыночных отношений. Новый Гражданский кодекс РФ 1994 г. наделил частные коммерческие организации общей правоспособностью. Было бы ошибочным, однако, полагать, что теперь правоспособность юридических лиц носит, по общему правилу, универсальный характер. Анализ ст. 49 ГК показывает, что общим принципом для юридических лиц, как и прежде, остается специальная правоспособность. Универсальная же правоспособность носит характер исключения из общего правила (которое, как известно, не может толковаться расширительно) и действует лишь в отношении коммерческих негосударственных юридических лиц. Этот вывод ничуть не колеблет даже тот факт, что ныне такие организации составляют численное большинство в стране.

 Сохранение специальной правоспособности за многими видами юридических лиц не только оправданно, но и необходимо. Так, создавая некоммерческую организацию (учреждение, фонд и т.п.), ее учредители, очевидно, преследуют вполне определенные социальные, культурные, иные общеполезные цели. Освобождение такой организации от любых уставных ограничений, предоставление ей полной свободы действий привело бы к игнорированию интересов учредителей. Аналогичным образом и государство, закрепляя за унитарным предприятием свое имущество, заинтересовано в его использовании по определенному назначению в соответствии с тем предметом деятельности, который определен уставом предприятия.

 Правоспособность юридического лица возникает в момент его создания, который приурочен к его государственной регистрации (п.3 ст. 49 и п. 2 ст. 51 ГК), и прекращается в момент исключения его из единого государственного реестра юридических лиц (п. 8 ст. 63 ГК).

 Объем правоспособности юридического лица определяется не только ее общим или специальным характером. Юридическое лицо объективно не может обладать такими правами, которые в силу своей специфики могут принадлежать лишь гражданам. Осуществление некоторых видов деятельности требует получения от государства специальных разрешений (лицензий). Кроме того, законом могут быть установлены специальные ограничения правоспособности для отдельных видов юридических лиц.

 Применительно к юридическим лицам со специальной правоспособностью важно разграничить предмет уставной деятельности и конкретные правомочия по осуществлению этой деятельности. Так, торговля не входит в предмет уставной деятельности религиозной организации. Однако право совершения сделок купли-продажи (к примеру, культового инвентаря) у таких организаций не оспаривается, если это необходимо для ведения их основной деятельности. Таким образом, в сфере гражданского оборота конкретные правомочия организации со специальной правоспособностью могут быть шире предмета ее уставной деятельности.

 Для участия в гражданском обороте юридическому лицу необходима не только правоспособность, но и дееспособность. В отличие от граждан у юридических лиц право- и дееспособность возникает и прекращается одновременно. Наличие у юридического лица дееспособности означает, что оно своими собственными действиями может приобретать, создавать, осуществлять и исполнять гражданские права и обязанности.

 Деятельность юридического лица - это, естественно, деятельность людей, составляющих организацию, ибо только люди способны к сознательным волевым действиям. Однако их роль в осуществлении дееспособности юридического лица различна. Одни своими действиями приобретают и создают для юридического лица права и обязанности, другие способствуют осуществлению уже приобретенных прав и выполнению обязанностей.

 Приобретение и отчасти осуществление прав и обязанностей -

прерогатива так называемого органа юридического лица. Орган юридического лица – это правовой термин, обозначающий лицо (единоличный орган) или группу лиц (коллегиальный орган), представляющих интересы юридического лица в отношениях с другими субъектами права без специальных на то полномочий (без доверенности). В соответствии со ст. 53 ГК именно через свои органы юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности. Поэтому действия органа рассматриваются как действия самого юридического лица.

 Юридическое лицо может иметь как один орган (директор, правление и т.п.), так и несколько одновременно (например, директор и дирекция, правление и председатель правления), причем они могут быть и единоличными, и коллегиальными. Органы могут назначаться, если у юридического лица единственный учредитель, или избираться, если участников (учредителей) несколько. Статья 174 ГК впервые вводит общее правило на случай совершения органом юридического лица сделок с превышением его полномочий, установленных учредительными документами. Подобные сделки могут признаваться недействительными только в том случае, если другая сторона знала или заведомо должна была знать о таком превышении.

 Гражданские права и обязанности для юридического лица могут приобретать его представители, действующие на основе доверенности, выдаваемой органами юридического лица.

 Осуществление приобретенных органом или представителем юридического лица прав и исполнение обязанностей (например, выполнение заключенных договоров), как правило, невозможно без целенаправленной деятельности всего коллектива работников организации. В той мере, в какой действия работников организации охватываются их служебными обязанностями, такие действия также рассматриваются как действия самого юридического лица, за которые оно несет ответственность (см. ст. 402 ГК).

 § 4. Иные признаки юридического лица.

 1.Принцип самостоятельной гражданско-правовой ответственности юридического лица сформулирован в ст. 56 ГК.

 Согласно этому признаку участники или собственники имущества юридического лица не отвечают по его обязательствам, а юридическое лицо не отвечает по их обязательствам, если иное не предусмотрено в законе. Это самое “иное”, кстати, предусмотрено самим кодексом. Так, в силу п. 5 ст. 115 ГК РФ по обязательствам федерального казенного предприятия при недостаточности его имущества дополнительную (субсидиарную) ответственность несет Российская Федерация; в силу п. 2 ст. 107 ГК РФ члены производственного кооператива, а в силу п. 4 ст. 116 ГК РФ при определенных условиях и члены потребительского кооператива такие несут субсидиарную ответственность по обязательствам соответствующего кооператива. В соответствии с п. 1 ст. 69 ГК РФ и п. 1 ст. 82 ГК РФ полные товарищи хозяйственного товарищества несут ответственность всем принадлежащим им имуществом. Несмотря на столь широкий круг исключений, вышеназванное правило остается общей нормой, поскольку ответственность иных субъектов права по долгам юридического лица является лишь субсидиарной (т.е. дополнительной к ответственности самого юридического лица).

 2. Участие в гражданском обороте от своего имени.

 Способность выступать в гражданском обороте от своего имени означает, что юридическое лицо может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и нести обязанности.

 Учитывая, что имущественные и личные неимущественные права и обязанности представляют собой разновидность гражданских прав и обязанностей юридического лица, будет, видимо, нелишним разъяснить условия возникновения этих прав и обязанностей. В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают:

1)        из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему;

2)        из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей;

3)   из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности;

4)        в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом;

5)        в результате создания произведений науки, литературы, искусства, изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности;

6)            вследствие причинения вреда другому лицу;

7)            вследствие неосновательного обогащения;

8)            вследствие иных действий граждан и юридических лиц;

9)        вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

 Для юридических лиц наиболее типичным вариантом приобретения и осуществления имущественных и личных неимущественных прав и несение обязанностей является заключение от своего имени гражданско-правовых договоров (купли-продажи, поставки, перевозки, займа, аренды, подряда и др.), есть и иные способы приобретения прав и несения обязанностей.

 Организации, не являющиеся юридическими лицами (филиалы и представительства), будучи лишь обособленными подразделениями юридического лица, не могут от своего имени выступать в гражданском обороте. По смыслу ст. 55 ГК РФ они могут осуществлять свои функции, выступая в гражданском обороте только от имени юридического лица на основании доверенности на совершение каких-либо сделок, выдаваемой руководителю такой организации со стороны юридического лица.

 Однако на практике это условие выполняется не так четко, как это следует из положений Гражданского кодекса РФ.

 Так, в ряде законодательных актов, регулирующих вопросы налогообложения, филиалы и представительства рассматриваются как самостоятельные налогоплательщики.

Например, в ст. 1 Закона РФ “О налоге на прибыль предприятий и организаций” записано, что плательщиками налога на прибыль являются как предприятия и организации (в том числе бюджетные), являющиеся юридическими лицами по законодательству Российской Федерации, так и филиалы, и другие аналогичные подразделения предприятий и организаций, имеющие отдельный баланс и расчетный (текущий, корреспондентский) счет.

 Закон РФ “ О налоге на имущество предприятий” от 13 декабря 1991г. № 2030-1 (с изменениями и дополнениями от 23 августа 1995 г.) воспроизводит аналогичную норму и тем самым устанавливает знак равенства между самостоятельным и отдельным балансами. Более того, в цитируемых законах плательщики налога, перечисленные в первых статьях (в том числе и филиалы), в последующих положениях именуются предприятиями.

 Такое положение сохранялось в период действия Закона РСФСР “ О предприятиях и предпринимательской деятельности в РСФСР”, в котором термин “ предприятие” был фактически синонимом термина “юридическое лицо”, а также продолжает сохраняться в условиях действия нового Гражданского кодекса РФ. В ст. 55 Кодекса четко определено, что филиал и представительство – это всего лишь обособленные подразделения юридического лица, которое наделяет их имуществом и определяет границы и нормы деятельности в утверждаемом положении о филиале или представительстве.

 По смыслу п.3 ст.55 ГК РФ филиалы и представительства не только не являются юридическими лицами, и нести в себе черты, присущие юридическим лицам.

 Из-за отсутствия в законодательстве четкости в определении положения юридических лиц и их филиалов (подразделений), в связи, с чем нередко действие различных законодательных актов прямо противоположно друг другу, сформировались весьма противоречивые подходы к деятельности филиалов и иных обособленных подразделений.

В связи с этим требуют разъяснения возможности осуществления филиалами и представительствами деятельности от имени создавшего их общества.

 Учитывая, что филиал и представительство не являются юридическими лицами, а представляют собой лишь их подразделения, они не могут от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и неимущественные права, т.е. они вправе, например, заключать договоры от своего имени. Вместе с тем представительство и филиал, расположенные вне места нахождения юридического лица, осуществляют определенную деятельность, обладая при этом достаточно большой самостоятельностью. Это нередко приводит к тому, что подразделения и филиалы при заключении договоров выступают в качестве самостоятельных субъектов гражданского права, что не согласуется с п.1 ст. 48 ГК РФ.

 Какой же может быть предложен выход из такого положения? По смыслу ст.55 ГК РФ руководители представительств и филиалов, назначенные юридическим лицом, действует от имени самого юридического лица на основании его доверенности. Соответствующие полномочия руководителя филиала (представительства) должны быть обязательно закреплены в доверенности, данной ему как физическому лицу. В этом случае нельзя ограничиться лишь указаниями, содержащимися в учредительных документах юридического лица или в положении о филиале (представительстве) и т. п.

 Это связано с тем, что доверенность оформляет отношения, вытекающие из договора поручения, т. е. гражданско-правового договора, участниками которого могут быть субъекты гражданского права. Потому стороной соответствующих сделок будет считаться юридическое лицо, от имени которого сделку заключил его представитель, действующий на основании доверенности, но никак не сам филиал или представительство.

 В связи с этим в постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 “ О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации” было специально подчеркнуто, что договор, подписанный руководителем филиала (представительства) от имени филиала и без ссылки на то, что заключен от имени юридического лица лишь при доказанности наличия у руководителя филиала (представительства) на момент подписания договора соответствующих полномочий, выраженных в Положении о филиале и доверенности. В противном случае юридическое лицо не может считаться стороной такого договора и отвечать по нему своим имуществом.

3. Способность выступать истцом и ответчиком в суде.

Возможность приобретать и осуществлять гражданские права и нести обязанности неразрывно связана с наличием способов защиты прав. В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещение убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

 Согласно ст.11 ГК РФ защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляют в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, суд, арбитражный суд или третейский суд.

 Статус юридического лица позволяет организации выступать в суде, как в качестве истца, так и в качестве ответчика.

 Отсутствие такого статуса исключат возможность участия организации в суде для защиты свои прав.

 § 5. Индивидуализация юридического лица.

В целях обеспечения нормального гражданского оборота законодательство предусматривает индивидуализацию юридического лица, то есть выделение его из массы всех других организаций. Индивидуализация юридического лица осуществляется путем определения его места нахождения и присвоения ему наименования.

Место нахождения юридического лица определяется в соответствии с п. 2 ст. 54 ГК местом его государственной регистрации, если в соответствии с законом в учредительных документах юридического лица не установлено иное. Ранее, в Гражданском кодексе 1964 года, местом нахождения юридического лица считалось место нахождения его постоянно действующего органа. Гражданский кодекс 1964 года отказался от этого правила, разграничив понятия “ место нахождения ” и “адрес” юридического лица, под которым правовая доктрина понимает место нахождения органов юридического лица. Соответственно различаются и значения этих понятий.

Так, место нахождения юридического лица имеет ключевое значение при решении ряда вопросов материального и процессуального права. В частности, местом, в котором должно быть исполнено обязательство признается в зависимости от характера обязательства место нахождения кредитора или место жительства должника (ст. 316 ГК).

Место нахождения юридического лица определяет, какой именно суд вправе разрешить конкретный спор. В данном случае, правда, если речь идет о суде общей юриспруденции можно столкнуться с проблемой вызванной отсталостью гражданско-процессуального права от гражданского. Если, например, юридическое лицо зарегистрировано в администрации города Нижневартовска, то его местом нахождения следует считать город Нижневартовск в соответствии с п. 2 ст. 54 ГК. В какой же из четырех районных судов должен обратиться кредитор - физическое лицо по спору связанному с предпринимательской деятельностью, и соответственно подведомственному арбитражному суду? Если это спор, вытекающий из трудовых правоотношений, то вопрос снимается возможностью применения альтернативной подсудности, а если нет? В комментарии части первой Гражданского кодекса изданным редакцией журнала “Хозяйство и право” совместно с фирмой “СПАРК” указано, что норма о месте нахождения юридического лица должна вступать в силу с момента принятия закона о регистрации юридических лиц. В этом есть резон, но ни в самом ГК, ни в Федеральном законе “О введении в действие первой части ГК РФ” от 30 ноября 1994 года № 52-ФЗ об этом ничего не сказано, следовательно нет оснований считать эту норму не действующей.

 Наименование юридического лица обязательно должно включать в себя указание на его организационно- правовую форму. Все некоммерческие, а также некоторые коммерческие организации (например, унитарные предприятия) должны включать в свое название также указание на характер их деятельности.

Наименование коммерческой организации называется фирмой (фирменным наименованием) – это название коммерческой организации. Впредь до принятия специального нормативного акта порядок использования и защиты фирменных наименований регулируется ГК и в части, не противоречащий ему, Положением о фирме 1927 г. Право на фирму, т.е. возможность использования фирменного наименования в гражданском обороте, является личным неимущественным правом коммерческой организации и носит абсолютный характер. Оно неотделимо от самой организации и может отчуждаться только вместе с ней.

Статья 54 ГК исходит из необходимости специальной регистрации фирменного наименования, с момента которой и возникает право на фирму. Однако процедура такой регистрации пока еще не разработана, и на практике регистрация юридического лица означает одновременно и регистрацию его фирмы. Кроме того, в соответствии со ст. 8 Парижской конвенции об охране промышленной собственности 1883 г., участником которой является и Россия, право на фирменное наименование охраняется во всех государствах- участниках Конвенции в силу самого факта его использования предприятием. При этом такая охрана должна предоставляться даже в том случае, если фирменное наименование вопреки требованиям национального законодательства не было зарегистрировано должным образом.

Для того, чтобы в гражданском обороте индивидуализировать не только юридическое лицо,но и его продукцию (товары, работы, услуги). Ведь они и те же виды товаров могут выпускаться многими организациями. Для того чтобы их различить, используются производственные марки, товарные знаки и наименования мест происхождения товаров.

 Производственная марка- это словесный (описательный) способ индивидуализации товара; она в обязательном порядке помещается на самом товаре или его упаковке и обычно включает в себя фирменное наименование предприятия- изготовителя и его адрес, название товара, ссылку на стандарты, которым должен соответствовать товар, перечень его основных потребительских свойств и ряд других данных. Производственная марка может применяться юридическим лицом без какой- либо специальной регистрации и сама по себе не пользуется правовой защитой.

 Товарный знак представляет собой словесное, изобразительное, объемное или иное условное обозначение товара (или группы товаров), используемое для его отличия от однородных товаров других изготовителей. Использование товарного знака является субъективным правом товаропроизводителя и возможно только после регистрации знака в Патентном ведомстве. В отличие от производственной марки товарный знак, как правило, не содержит информации о виде, качестве, свойствах самого товара, а если она и присутствует в знаке, то не пользуется правовой охраной.

 В большинстве случаев товарный знак регистрируется за одним юридическим лицом, которое имеет исключительное право его использования и может передать это право по лицензионному договору другой организации. Закон РФ «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» допускается также возможность регистрации коллективных товарных знаков, которые закрепляются за ассоциациями или союзами предприятий и могут использоваться всеми участниками таких объединений. Организации, основная деятельность которых заключается в оказании услуг (выполнении работ), могут зарегистрировать и использовать знак обслуживания, который приравнивается к товарному знаку.

 Свойства некоторых товаров в значительной степени определяются природными условиями или людскими факторами той местности, где они производятся (например, каслинское литье или дымковская игрушка). Организации, изготавливающие такую продукцию, имеют право зарегистрировать и использовать наименование места происхождения товара. Право пользования таким наименованием не является исключительным и поэтому может закрепляться за любыми лицами, производящими аналогичный товар в той же местности. В отличие от товарного знака, право использования наименования места происхождения товара является бессрочным и не может передаваться по лицензии другим лицам.

 Индивидуализация юридического лица, т.е. его выделение из массы всех других организаций, осуществляется путем определения его местонахождения и присвоения ему наименования. Из этого следует, что индивидуализация: - обеспечивает определенный порядок и организованность в общественных отношениях между организациями производящими продукцию в одном отраслевом направлении и тем самым регулируют соответствующие отношения; - помогает при этом решать конфликтные ситуации и производственные споры возникающие в процессе реализации произведенной продукции и непосредственно воздействует на экономические интересы участников общественного производства.

tarasei@mail.ru

 www.tarasei.narod.ru  2002.